Фото из личного архива Вячеслава Смородинова
— Еду на кладбище в Комарово к 12 часам дня, такое время посещения последнего приюта сына определил когда-то дядя Ваня, — поделился Вячеслав, имея в виду отца артиста Ивана Краско. – Для меня это не традиция, а дань уважения семье Краско. Иван Иванович в любом состоянии здоровья навещал в памятные даты могилу сына. По просьбе моряков-подводников на памятнике выгравировали подводную лодку. После картины «72 метра», где Андрей сыграл командира подводной лодки, капитана 1-го ранга Янычара, моряки считали его своим. Дядя Ваня гордился сыном, этой надписью, поскольку сам был в прошлом военным моряком, никогда не снимал тельняшки, в форме мы его и похоронили — в прошлом году он нашёл покой рядом со своим Андрюшей.
— По словам отца и близких друзей, Андрей, — продолжает рассказ Вячеслав, — был удивительно совестливым человеком, не потому что он в церковь ходил каждый день, а потому что поступал по совести: любил людей, никогда никому не завидовал, не шёл в обход, а говорил прямо в глаза. Прямолинейность актёру не мешала. Если он понимал, что перед ним подлец и приспособленец, он просто уходил. Он никогда никого не наказывал, не боролся с этим человеком, никак ему не возражал, он просто отходил в сторону. Это тоже мощная черта, признавали близкие Андрея. «Если я увижу человека, предавшего меня, тонущим, я руку ему подам, но бельё выжимать не буду», — в этом состоял жизненный принцип Андрея.
По словам же однокурсников, он с самого студенчества принимал события так, как они складывались. Андрей никогда и ничего ни у кого не просил. Лишь однажды Краско-младший озвучил просьбу: чтобы все от него отстали. Это было незадолго до его ухода. Иван Иванович об этом факте узнал много позже после смерти сына.
— Он рассказывал вам об этом? — спрашиваем у Вячеслава.
— «Андрюшку моего лечить хотели, предлагали самую лучшую клинику, но он отказался», — сетовал дядя Ваня — (это и далее рассказывает нам Смородинов). — «Сердечко-то у него пошаливало», — делился Краско старший. – «За несколько дней до того, как Андрюшки не стало, я заметил, что он сильно одутловатый, поинтересовался его самочувствием». «Папа, я хорошо питаюсь», — как всегда, с юмором ответил мне сын». «Но я-то понял, что там дело вовсе не в питании», — с горечью вспоминал Краско-старший. «Один из его самых близких друзей, наш сосед по даче, с которым Андрюша дружил с юности, предложил ему лечение. «Друг говорил Андрею: «Давай начнём лечиться, что-нибудь придумаем, я с тобой поеду в хорошую клинику»», — рассказывал мне Иван Иванович. «Дай умереть, как мне хочется», — отрезал в ответ другу Андрюша. Через две недели папа Андрея узнал о самом плохом, что могло случиться с его сыном. 4 июля Иван Иванович шёл по городу вместе со своей супругой Наталией Вяль. В этот момент Наталии позвонили и сообщили, что Андрея Краско больше нет. «Андрей…» — сказала она мужу. «Умер!!!» — закричал Иван Иванович. Дядя Ваня рассказывал, что, как только раздался звонок, он почувствовал неладное. Таких артистов, как Андрей, больше нет.
